Сказания волчьей судьбы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сказания волчьей судьбы » Топи и болота » Заброшенный город


Заброшенный город

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Несколько веков, а то и столетий назад на этой самой местности находился некогда прекрасный город, но название не сохранилось до наших дней, и все двуногие решили называть эту территорию, как необыкновенный Проклятый Край. Заброшенный город жил по старинным правилам, но скульптуры и статуи из мрамора, сделанные древними художниками оценить возможно, так как до сих пор кое-где виднеются верхушки творений из-под толстого покрова болота.
Ученые по каким-то странным обстоятельствам потеряли координаты этого таинственного городка, и посему никто из людей не решается сюда входить, думая, что здесь водятся приведения или же болотные монстры. Но животных этим напугать никак нельзя,  и они быстро расположились в Проклятом Крае. Предполагали одну версию, что когда-то тут поселились жители утерянной Атлантиды...

Отредактировано Каштан. (2009-10-16 07:38:03)

0

2

Прозрачное небо возвышалось над головами. Менявшее цвет, что слишком подобно голубой краске смешанной с горячими лучами изредка появлявшегося в этих окрестностях солнце. Специфический запах, не правда ли? А ты любила его, любила этот невыносимый, но безумно притягивающий к себе аромат. Точно наркотик, это был твой личный сорт героина, пробиравший каждую клеточку в твоем теле, он медленно переходил, этот небольшой сгусток пара. Помнишь небо? Оно достойно твоего уважения. Нет, то небо, которое ты могла видеть там, совершенно в другом краю, имело еще больший запах, было куда более превосходнее. Небо было манящим, и звавшие за собой тебя, оно ласково теребило твою шерсть. В мыслях крутилась только одна мысль, стать птицей, покорившая эти туманные небеса. Затеряться в вышках редких деревьев, чтобы никто никогда не смог найти, чтобы никто не увидел. Мечты, о мечты, вы станете обыкновенным воздухом, и о вас не вспомнят, даже ты. А ты бы продала свою жалкую душу, дабы вновь и вновь попробовать тот самый ядовитый привкус краски и лучей, чтобы снова лицезреть тот край.
Неторопливые, легкие шаги были наполнены загадочным смыслом, который я вам не поведую, никогда.  Аккуратно отрывавшиеся от земли, это напоминало тебе такой же таинственный полет бабочки. Великолепные ее движения были скопированы, и сейчас ты могла вдоволь насладиться этим. Твои небольшие шаги стали наполняться ветром. Он легонько прикасался к илистой жиже, задыхаясь от изнеможения. А ты с удовольствием проводила когтистой лапой по тайнам. Следы сохранялись в болоте, словно кто-то уже прохаживал по той тропе, наполненная непотнятной водой. Дыхание становилось тихим, чтобы никто не смог спугнуть. Наслаждаться влажностью, все, что ты просила. Ты видела, как неподалеку от тебя начал гореть какой-то ослепляющий луч, фонарик со светом. Что может быть? А тебе это совершенно не было интересно, ты свернула в противоположуню сторону, вновь не спеша двигаясь по своим следам.

0

3

По привычке наклонив голову и хвост Анул шла, полуприкрыв глаза. Живя в своем собственном мире, в четррех стенах - в голове, разукрашивая их совершенно нелепыми и сочетающимися друг с другом красками. Он могла днями находиться внутри себя, в совершенно параллельной реальности, в совершенно другом измерении. Она могла ничего не есть несколько дней, не спать и только жить в этих любимых четырех стенах, из которых она не могла не вырваться, не убежать. Да и хотела ли?.. Там холодно. Ну, там, с наружи. Там очень холодно. И не приветливо. Выйдешь - сразу обратно загонять. Не проще ли оставаться в заданных рамках?
Это место она любила. Как память о людях, о селе, в котором обитала. Она любила эти полу разрушенные постройки. От них пахло древность и безграничной силой людского ума. анул любила этот запах. Она могла приходить и вдыхать его, наполняя ими все легкие.
Но теперь кто-то с наглостью решил ей помешать. Зачем?..
Анул остановилась, некоторое время невидящими глазами уставившись на стоящую перед ней волчицу. Мозг работал неуверенно, нехотя и очень лениво сознание подключалось к режиму взимодействия с окружающим миром.
Да, она уже начинала сходить с ума в своем одиночестве. Вечные воспоминания о Держисе, единсвенному близком ей существе кружились в голове, были состоявляющими и основными частями выстроенныех стен.
А потом начал проспыаться страх. Уверенно заползая под кожу и прощупывая каждый орган.
Анул прижала уши к голове и поджала хвост, опасаясь удара.

0

4

Темные глаза неторопливо пробежались по поверхности воды, заставляя ее отполированную гладь нахмуриться от бездействия. В ней невозможно было ничего разглядеть, даже тень, ходившая с тобой все существование не могла отражаться в невыносимой луже; попытки появиться, заканчивались неудачей, твоим поражением. И теперь ты с большим удовольствием рассматривала пыльное зеркало. Твои лапы медленно погружались на мрачное дно. Оно шептало тебе, не иди сюда, опасно, не иди сюда, опасно. Для чего? чтобы напугать твою жалкую сущность, чтобы ты не приходила на эту территорию никогда. Губы довольно искривились в ядовитой улыбке, улыбке, заставляющая другую тварь поморщиться, довести до колеи. Твой взгляд плавно перешел на вверх, туда, где изредко можно было заметить уходящее небо. Нехотя погрузившись в свои воспоминания, ты совершенно не замечала перед собой еще одно живое существо. Но мысли неожиданно прервались, им помешало какое-то булькание. Твои уши приподнялись, поднимаясь к верхушками деревьев. Мутные глаза слегка округлились в удивлении, нежели в обыденном интересе. Ты заигралась, дорогуша, молча наблюдая за действиями, которые проделывала странная незнакомка. Вглядываясь в последнюю, ты могла глазами прощупать каждую клеточку, каждую точку. Твоя небольшого размера голова не спеша наклонилась на бок. И ты дурная улыбка до сей поры блистала на теплых губах. Тебя рассмешило это животное, и ты не старалась скрывать свой смех, в котором отражались некоторая неуверенность, чувство жалости.
– В моем интересе будет предложить вам назваться, госпожа. - ты посмотрела на кроткое создание природы. Этот зверь вызывал у тебя теплое ощущение в области сердца. Ты провела длинным языком по сухим губам, когда хвост медленно раскачивался в разные стороны.

0

5

Нет. Ей не нравиться. Ей не нравиться все это. Она вызывает страх и странную муть в голове, когда не отвечаешь за свои действия, не можешь контролирывать их. Жуткая улыбка. Коричнево-серое тело, узкая морда и неестественно огромные размеры. Куда ей тягаться с ней?..
Но вот выражение одного единственного глаза она все никак не могла уловить. В нем сквозило добродушие... Но Анул не могла определить, наиграно ли оно или же нет.
Шаг назад. Замерла, оценивая ситуацию.
"Госпожа..." Анул взрогнула, услышав это слово. Издевка. Определнно издевка. Кто может назвать жалкое, дистрофически худое животное госпожой? Издевка. Явная ложь, а значит теплота коричневых глаз обманчива.
- Анул, - представилась полукровка послушно, еще чуть больше пригибаясь к земле и поджимая хвост. Не бей... Только не боль!
Она боялась сейчас говорить. Боялась и  слово сказать, потому как по своему плачевному опыту знала, чем может обернуться каждое слово. Даже, казалось бы, совершенно безобидное.
Она была еще подростком. Почти щенком, которого отдернули от матери и заставили выживать самостоятельно. Кинули в пучину жизни. Выплывет - хорошо. Не выплывет... Что же. Так и будет.
И, кажется, Анул не выплывала.

0

6

Ты с большим удовольствием еще раз провела горячим языком по своим сухим губам. Какое все-таки это наслаждение, когда способен чувствовать страх окружающих, ведь только всесильная боль может принести власть над остальными. До чего тебя переполняли эти чувства... как же приятно... все становилось отчетливее, и более прекраснее в этих темных тонах. Тишь. И тебе было дозволено удоволетворить свою невыносимую жажду, одновременно наслаждаясь ими. В незнакомке имелась непонятная для тебя черта, она вызывала легкий интерес. Это завораживает. Ты никогда не пыталась проявлять к кому-нибудь такое рвение, но сама тянулась к той, что представилась, как Анул. Прекрасное имя для такого мрачного создания. Даже слишком прекрасное, так как в каждом существе, которые ты ранее видела, нельзя найти о определить какой-то единственный недостаток, это печально. А на данный момент... на морде начала царить безмятежная улыбка, а хвост продолжал совершать свои обороты, давая полную информацию о своем дружелюбии, что совершенно не собираешься нападать. В голову стали приходить различные и разнообразные мысли, ведь Всесильный тебя обозначил особым знаком, и теперь твои лапы должны были стать полезным для него.
– Ты не будешь никому подчиняться, и тебе не обязательно ставить себя в позицию шестерки, Анул. - попыталась успокоить ты серую волчицу. Но что можно было сделать с тем животных, который все свое существование жил в изнеможении, боли и бесконечных муках. – Меня зовут Каштан. - улыбнулась ты.

0

7

Анул наклонила голову, изучая новую знакомую. Похоже, даже если она и пыталась обмануть, заставить доверять, то делает это очень мастерски. Длинный хвост не уставал ходить из стороны в сторону, один единсвенный глаз светился теплотой и какой-то.. Иронией, что ли. Казалось, что это существо на весь мир смотрит с иронией, будто бы насмехаясь и издеваясь над простыми смертными.
Анул нравилось такое немного легкое отношение к жизни. Она бы и сама с радостью бы стала такой... Пушистой, веселой, с ласковой и высокой речью. Да разве сумеет она... Может быть, если сильно захочет, сможет подняться, но вряд ли сумеет удержаться на подобной высоте.
- Как это - не обязательно? - Анул позволила себя виновато растянуть губы в нечто на подобии улыбки. - Кто же тогда будет это делать, если не я?
Анл уже давно смирилась. Смирилась с тем, что об неё вытирают ноги. Что она лежит на пороге, как половая тряпка, и что её даже и не замечают, принимая как данное. На неё срывают всю злость и накопившееся разочарование... А разочарование, как известно, самое ужасное из всех чувств на свете. Кто будет исполнять эту роль, если не она? Кто добровольно пойдет?..
А её уже заставили. Самым своим рождением заставили быть отбросом общества, жалким бомжом. Она и слышала, как только родилась предсмертный крик матери. Точнее, не слышала, ведь когда щенки рождаются, они лишены слуха. Она чувствовала его. С первым глотком вобрала в себя материнскую боль и разочарование в этом мире. Вобрала вибрацию воздуха от этого полного отчаинья и слез вопля.
И теперь так часто слышала его в своей голове... Он стал будето бы проводником по этому миру.

0

8

– У судьбы странное чувство юмора. - заставила ты из себя выдавить некоторую гримассу, отдаленно напоминавшую ухмылку, всего лишь ничтожную ядовитую улыбку, которой легко обмануть, легко повергнуть в страх, вогнать другого более низшего существа в истерику. Тебе нравился такой ехидный распорядок этого никчемного дня. – Поверь, прошу тебя, Анул. Даже если ты и повидала многого за свой небольшой промежуток времени, этого не достаточно, чтобы понять простую вещь...
Ты сделала совершенно бестолковый небольшой шажок, бессмысленное движение к такой же бессмысленной твари на этом дурацком свете. Глупый мир, глупые люди... а мечты. А что мечты? Только чьи-то бредни, непонятливые, но выдуманные рассказы, короткие стихи, поэмы. Допустим, взять твою цель. Подчинить себе мир, заставить двуногих и четвероногих подползти к твоим ногам и громко-громко расхохотаться. Божий свет... как глупо, как противно.

0

9

Анул прижала уши к голове, будто бы не доверяя услышанному. Чувство юмора? Да, пожалуй. Если оно вообще есть... Быть мжет судьба вовсе и не шутит. Быть может она воспринимает тебя в серьез... Не как ошибку природы, а как личность... Тогда, выходит, судьба неизгладимо глупа.
Но ведь такого не может быть. А значит вся наша жизнь - шутка.
Полукровка отсутпила еще на шаг в сторону, поднимая шерсть на загривке и полными ужаса глазами изучая Каштан - эту странную личность, которая говорит такие страные вещи... Зачем?
Один только вопрос. Эх, найти бы в своей голове ту неисчерпаемую жилку фантазии, которая бы придумывала оправдания всем поступкам этих тварей, что насиляют землю.
- Пожалуйста... - пауза. Анул сама не понимает, почему по телу бегут мурашки и так неистово бросает в дрожь от звуков голоса этой волчицы. - Хватит называть именя по имени...
"Ведь так мало существ, что произносят его в слух. Его так мало на этой планете... Звуков моего имени. Так мало... Мне чуждо, мне не привычно и... Мне страшно."
Страх заползал под шкуру, заставляя Анул сделать еще один шаг назад.

0

10

— Прекрасное имя, отчего мне его не повторять вновь и вновь?. - произнесла ты с ядовитой улыбкой, нахмуриваясь, когда темные мохнатые брови невольно устремились к небесам. Никак не думала, что ее заметишь? может быть и так. Полное дерьмо. Никогда не нравились мне эти дворняжки, полукровки. Все на одно выражение лица. Они не меняются. Достаточно самовольны; уж более наглые существа на этой паршивой территории. В принципе, это одиночная жизнь, детка. Жизнь и должна быть таким убогим местом. Но ты этого времени никак не ожидала... вот дура.
а в голову приходят мысли.
Невыносимая боль, режущая уши, словно кто-то невидимый режет своими длинными когтями стекло. Прутья железной клетки все больше и больше сжимаются, и расстояние не спеша сокращается, когда в голову невольно приходит мысль о том, что еще несколько секунд и они вопьются в тело, жадно высасывая жизненный сок из туши. Чувство страха медленно проходит по каждой клетке, сосуду. Беспомощность, которая и приводила за собой панику захватывала под свою власть все уголки души. А ты, животное, привыкшее быть одиночкой, сейчас, в чужих глазах выглядело жалко. Люди смеялись над тобой, а тебе стало не хватать воздуха. Очередная попытка выбраться из этого кошмара оканчивалась проигрышом, только сильная боль с новой волной прокатывалась по телу. Какой позор. Какая слабость... какая слабость.
— Какая глупость, какой позор. - повторила ты вслед за внутренним голосом. Жалость, нет, определенно тупость судьбы.

0

11

Страх - не это ли единсвенное чувство, которое заставляет нас двигаться, развиваться? Разве не страх заставляет нас что-то делать, что-то менять? Потому что мы привязаны, мы безумно привязаны ко всему тому, что нас окружает. Мы привязаны к нашему дому, к близким нам существам... И потому мы так боимся, что все это обрушиться. Что обрушиться давно известная нам картина жизни.
Анул усердно цеплялась за эту единсвенную ниточку, стараясь уберечь жалкие крохи... чего? Той подлой жизни, того издевательства, которое она называла судьбой? Нет... нет! Уж лучше так. Лучше пусть будет такая жизнь, но не будет перемен... нет!
Пермен не желала все её существо. Оно рвалось, вопило, било ногами и кусалось. Так не хотелось, так безумно не хотелось что-то менять! Пусть говорят, что станет лучше. Пусть сулят вечную жизнь и такое же счатье... нет!
А тут ей совали перемены под самый нос. Тут её называли поимени, тут ей говорили "госпожа". Тут ей пытались объяснить, что она не отброс, далеко не отброс и что она может быть сильной.
- Нет, не прекрасное, - еле слышно прошептала полукровка, пытаясь скорее убедить Каштан и саму себя, чем произнося это как факт.
Позор? Да, возможно.
Слова Каштан Анул воприняла на себя, еще больше сжавшись в комок. Позор... Ей привычнее это, нежели что-то сильное и собственное, нежели гордость.

0

12

Вполне возможно, ты бы с большим удовольствием побрел куда-то в неизвестность; окунулся бы в кипящую воду головой; дал бы яркому и обжигающему сухие губы солнцу с усмешкой на своей морде поиграть с твоей персоной. Да, ты являлся игрушкой, совершенно не дорогой, как некоторые могут думать про нас, бесчувственных. Вы, люди, считаете, что мы не можем плакать, давать своим чувствам полную свободу. Отчасти, это правильно, — мы никто, мы не личности, мы несем только радость детям, взамен тревоги и грусти. Мы обыкновенные куклы в чужих  и похотливых руках, в ваших руках, люди. Двуногие, разве вы не замечаете, что натворили? не желаете это замечать. Вам все равно,  как и когда-то сказала моя мать... ей все равно на меня. Говорила, что любит, когда сама с улыбкой на лице играла с другими детьми, мне же улыбку не показывая. Помнится, она хотела меня отдать в приют, да просто выкинуть на свалку, давая мне полный выбор действия. Она не могла без меня жить... какая чушь! как омерзительно и неприятно на это было смотреть! Она фальшивила, как и я в данный момент. О да, я играю не так, как хочется вам, а так, как желаю я. Я ваше Божество, я — Царь Небесный. Но одновременно чья-то глупая игрушка. Неудачливая оказалась затея.
— Обратно будешь подчиняться каким-нибудь идиотам? тебе это нужно? - произнесла ты с некоторой строгостью, все ближе подходя к одиночке. Ох, Анул.

0


Вы здесь » Сказания волчьей судьбы » Топи и болота » Заброшенный город